Захожу в эфиопский ресторан в Хартуме, все как обычно, сидят местные, пьют кофе, официантки ходят. И тут появляется азмари с масинко. Азмари — это эфиопский бард, человек, который поет. Масинко — это эфиопская скрипка с одной струной, инструмент азмарский. Еще бывает крар, но это другой инструмент и другая история. У нас когда-то были гусляры, они ходили с гуслями. На Украине еще встречаются кобзари, они ходят с бандурой. А азмарь ходит с масинко, так ему положено.
Молодой парнишка, небольшого роста. Подходит он к компании, начинает играть и петь, видно, что импровизирует по ходу. Поет на амхарском языке, местные сами не понимают, я тем более не понимаю, но слушать приятно. Потом говорит с хлопцами, хотя арабского почти не знает, как и английского, опять поет. Они дают ему денег, пару местных рублей, он поет " итнин, талата — мало, мало, давай хамса, хамса". "Хамса" — по-арабски пять, а "итнин, талата" — два, три. Даю хамсу, местные удивляются: "Много для него", — но у меня мельче нет, да мне и не жалко на такое дело.
Он спрашивает: "Как зовут, откуда?". Я говорю: "Антон, Россия, Москва". Азмарь думает, потом спрашивает: "Москва — это в Канаде?". Все смеются, пытаемся ему объяснить, что нет, не в Канаде и что Россия-Эфиопия-Судан-дружба и все такое. Все вместе вспоминаем Менгисту, Хайле Селассие и Хайле Гебреселассие... Потом спрашивает про мою профессию и начинает петь хвалебную песню мне, России и инженерам-телекомщикам.
Так у них принято. У нас в кабаке ведь когда заплатишь, можно только готовую песню заказать, хоть бы и "Мурку", а тут, пожалуйста, личную песню тебе поют под момент. По-моему это правильный подход. Иногда, наверное, и шедевры так рождаются. Вот так, кушаю инжеру, слушаю песню про себя. Азмарь напоследок поет Боба Марли и перемещается к следующему столику. Вот она — живая традиция народная, не попсовая. И тебе Эфиопия, и Россия, и Судан, и Боб Марли, все вместе и красиво.
А скрипку эфиопскую в Москве можно увидеть, в ресторане "Аддис-Абеба" на стене висит. Но азмарей у нас не встречал, гусляров — и тех днем с огнем не сыскать. Вот и подумалось мне, может в азмари податься? А что, английский я знаю...
