Пройденный маршрут по скалам Ката-Тьюта (Ольгас (Ката Тьюта) или русский след в сердце Австралии. Ч47) и перекус под шампанское возле горы Улуру («Закат бросает полутени, еще один уходит день…». Ч.48) вызвали у нас чувство голода, и мы резво потянулись в кухню кемпинга, где нам предстояла ночевка.

За приготовление ужина снова добровольно взялся Чарли, который делал нам сосиски-гриль из верблюжатины, а также жарил отбивные из говядины, и готовил рагу из мяса кенгуру.
.
.

У нас буквально текли слюнки от запахов, пока мы готовили салат. Вот ведь умеют азиаты прекрасно готовить! Говорю это не голословно, потому что муж моей сестры (филиппинец) также прекрасно готовит!
.
.

К мясу на гарнир полагалось пюре и кус-кус. Ужин из помещения плавно перетек к костру, который был зажжен из собранного нами днем хвороста. Под языки пламени, вздымающиеся в небо, обогреваемые снаружи теплом огня и внутри поглощенной пищей, мы обсуждали темы, волнующие любого человека – мир, близкие и климат.

Мы обменивались впечатлениями от увиденного сегодня, рассказывали о том, кто что еще успел увидеть и куда планирует ехать дальше. Мне всегда интересно послушать рассказы бывалых туристов, иногда случайно брошенная фраза застревает в голове и ведет тебя к следующему маршруту. Лично у меня так было неоднократно.

Сегодня нас ждала волшебная ночь под звездным небом, и это было так описано в программке – «Сегодня вечером вы можете спать в постоянной палатке или свернуться калачиком в сваге (австралийская постель) и наслаждаться ночью под звездами». Желающим Джуно выдал серьезные спальники с утолщенным дном в дополнение к тем легким, которые были у нас. Мы были готовы к тому, что в красной пустыне будут перепады температур, поэтому взяли с собой тоненькие свитера. Именно в этот период здесь стоят теплые дни, но ночи прохладные, зато ясное небо. В общем, идеальное время для поездки.

Небо и в самом деле было шикарное, казалось, что оно рядом, только руку протяни, и вот она, звезда, у тебя на ладони. Явственно был виден Орион, Млечный путь, Южный крест. Миллионы звезд, мерцающих в идеально чистом небе сухого сезона, кажется, водят какие-то хороводы и зовут тебя присоединиться к ним. Тишину нарушают какие-то таинственные звуки, которые тревожат твой слух, но не страхом, а чем-то несбыточным. Как-будто ты что-то упустил важное в своей жизни, бегая по кругу «дом-работа-дом». Думаю, у многих бывают такие моменты единения с природой, когда ты «глух и нем», и это состояние усиливается именно ночью, когда отключается зрение.

Глядя вверх, я отчетливо вспомнила свое лагерное детство, с его гимном «Взвейтесь кострами синие ночи…». Над головой было такое же звездное небо, искрился костер и тихим ручейком вились разговоры. Однако наше северное небо и южное – это две большие разницы. Впервые я ощутила это в кемпинге под Сан-Франциско, когда мне показалось, что я могу запросто достать рукой до неба. И тут будут совершенно уместны строки Лермонтова:
«Ночь тиха, пустыня внемлет Богу,
И звезда с звездою говорит.
В небесах торжественно и чудно.
Спит земля в сиянье голубом».

Вот и здесь, в Красном Центре, небо окутывало меня, обнимало и манило к совместному сну. Правда, все же лично я не решилась спать на песке, боясь застудить спину, чтобы не лишить себя остальной части поездки. Так что я ночевала в палатке с электричеством, а Таня на улице. Под утро я даже в палатке ужасно замерзла, и мечтала о теплой шапочке, каково же было Тане под огромным австралийским небом! Я не удержалась и сделала фото, забравшись внутрь спальника, чтобы в памяти осталась сожаление о нереализованной возможности сна под открытым и таким звездным небом.

А назавтра нас ждал исключительный восход, да еще и в священном для аборигенов месте — Мы в такие шагали дали, что не очень-то и дойдешь…Ч.50

Продолжение следует...